Санс | Sans

Candytale

https://scontent.cdninstagram.com/vp/a2d3622f4557493448ddd01516987cef/5B031515/t51.2885-15/e35/26066269_1324225074349015_1803802121615704064_n.jpg
внешность

Прозвища: Хани, Сахарок, Конфетка, Кэнди психованный маньяк и обжора
Раса: Скелет
Возраст: 27
Место рождения: Лаборатория Гастера
Место проживания: Сноудин
Деятельность: Кондитер
Ориентация: на степень съедобности

IT FILLS YOU WITH DETERMINATION

Есть добрые и светлые миры. Есть миры, которые злы и жестоки снаружи и внутри. А есть - миры-обманки, миры-фальшивки. Кэндитейл, яркий, сияющий, сладкий - именно из этих. Он одна сплошная сладкая ложь...
Санс прекрасно помнит времена, когда все было иначе. Когда было много еды, монстры не пробовали есть друг друга, да и кому это вообще могло прийти в голову?! А большое количество силы вовсе не означало, с одной стороны залог выживаемости, а с другой - необходимость есть больше, чем другие. Это были счастливые времена, когда он возился с младшим братом, работал, помогал… кому? Не помнит. Только смутный высокий силуэт. И постепенно нарастающее чувство тревоги.
А еще - опыты. Сначала почти безобидные, направленные на развитие его с братом способностей. Папирус научился лечить, Санс - развил прыжки по всему Подземелью.
Когда начался голод, ученый, кто-то близкий ему, родной, что-то… что-то делал с ним. И однажды на голове появилась сладкая глазурь с посыпкой. Липкая, тянущаяся, сладко пахнущая... С ней нельзя ничего поделать, она постепенно накапливается, только отламывать лишнее. Санс не очень любит это делать и редко дает кому попробовать сладость на своей голове. Но это было лишь первым, внешним проявлением. Внутренним же... на тот момент низкорослый скелет был не в курсе, что именно с ним натворили. Ему... он смутно помнит... сказали, что это остановит голод...
Вслед за ним изменился Папирус. А потом - все монстры. Ученый же пропал… Голод - остался. Единственным плюсом стало то, что из-за проведенной «сладкой» мутации монстры больше не рассыпались в пепел после смерти… и были вполне неплохи на вкус. Охотиться на других, чтобы выжить - залог жизни. Есть других, чтобы не умереть самому от голода, не быть сожранным кем-то другим.
Сожри или сожрут тебя. Увы, неизбежная правда. Увы, текущая реальность - и от нее никуда не денешься...
Сансу не повезло дважды. Он был первым, на ком был поставлен опыт по «засахариванию», и он же был одновременно самым сильным и слабым существом своего мира. Как итог - голод стал его постоянным спутником, туманя разум, сводя с ума, лишая рассудка. Пока были хоть какие-то продукты - было ещё терпимо, после… все принципы, правила, все было скрыто под пеленой голодного безумия.
А еще… Сейчас он не сможет сказать, жив его брат или нет.  И это второй момент невезения. Те, кто живут одни - могут не беспокоиться о близких в связи с их отсутствием. Санс - увы, не из их числа. И он искренне любил всегда брата, его доброго Папи, старающегося лечить раненных в вечных схватках монстров, так сладко пахнущего мандаринами Папи… В какой-то момент голод налетел более сильной волной… очнулся он уже сытым. Брата же с  того момента больше никогда не видел, но ходили слухи, что он жив и помогает пострадавшим от других голодных монстров. Правда ли это? Или бред голодного разума? Санс так и не узнал, да и вряд ли узнает...

Очутившись в новом, Пустом мире, скелет был до мозга костей изумлен... количеством еды - в это понятие подходили как продукты питания, которых здесь было в изобилии, особенно сравнивая с его родными миром, так и окружающие его монстры. Столько всего, что глаза разбегались! И все хотелось попробовать... А еще - очень уж тускло… намного все бледнее, чем он привык. Даже в родном белоснежно-сияющем Сноудине. Первым делом низкорослый скелет объелся. Абсолютно, до полного отупения. После - завёл собственную кондитерскую, специализируясь на сладостях и изделиях из сахара - Маффет, все же, больше по выпечке. Уходить из этого мира? Искать проходы?! Все равно все умрем, а тут хотя бы есть что и кого пожрать! Лучше наслаждаться миром - и присматриваться к другим вариантам себя… вдруг кто-то из них будет достаточно беспечен и достаточно съедобен? Даже кости можно приготовить вкусно - если знать как. Кэнди - не только знает, но и умеет готовить. Вкусно. И почти что угодно.


Санс - хороший пример обманчивости своего мира. Яркий внешне, улыбчивый и дружелюбный, а внутри - лишь голодная пустота, без принципов и совести. Он ведёт себя беспечно, улыбается и готов съесть любого, когда голоден. Кое-как его успокаивают конфеты - и увидеть этого «милого» монстра вне работы без гигантского леденца и полных карманов сладостей просто нереально.
Кэнди вас не убьет, даже если голоден. Быстро избаловавшись доступностью еды, в худшем случае - этот Санс просто вырежет из показавшийся ему наиболее аппетитным кусочек и приготовит, да так, что даже жертве сложно будет отказаться от искушения попробовать блюдо.
Он прекрасно готовит. А при его работе, количестве съеденного сахара и выпитого кофе… он носится по всему Подземелью, выполняя сладкие заказы да ища новые, любопытные вкусы и пугая слишком осторожных котов блеском своих глаз. Безумие притупилось сытостью, но рассудок полностью не вернулся. Зато излишки энергии переродились в несвойственную обычным Сансам активность, хоть поспать Кэнди все равно любит.

Нереально спутать его с кем-то другим даже с закрытыми глазами. Сладкий запах распространяется вокруг него. Санс за долгие годы буквально пропитался им насквозь. Шоколад, посыпка, зефир - скелет и сам ходячая кондитерская. Сладкий до костей, причём буквально.
Нельзя спутать и лицом к лицу. Мало того, что у Кэнди совсем другие глаза - зелёные кислотно-яркие радужки без особого намёка на зрачок - не считать же им эту странную спираль? - так он еще будто напитан красками, сочными, взрывными. Обычно одевается вне кондитерской в яркую зеленую куртку с длинными рукавами и желтым капюшоном. Под ней - коричневый свитер. Низ одежды стандартен для любого почти Санса, не считая того, что на тапочках бывают следы что глазури, что крови.
На голове розовая глазурь с посылкой. В руках обычно леденец на палочке - и ещё десятка полтора лежат по карманам. Этого запаса обычно хватает на прогулку, чтобы притупить голод, а если кончатся раньше… что же, это проблема не его - а окружающих. Кем-то да закусит...

На способности так же повлиял родной мир. И, хоть на синий режим, возможность телекинеза и коротких путей - это не повлияло, то кости вызвать для него уже затруднительно. Поэтому основное оружие - гигантский леденец, которым Конфетка умеет достаточно точно попадать по чужим головам. Лучше оглушить и приготовить, чем дать еде столь бездарно пропасть.
Короткие пути в его случае - пути почти буквально. Санс умеет во время передвижения сжать две точки на большом расстоянии до пары шагов и провести этим путём кого-то ещё.

DRAMA! ACTION! BLOODSHED!

Как нас нашли:
Знакомые подсказали х)

Связь:
E-mail открыт

Стиль игры:
Посты от 4к, не прочь кого-то попробовать.

Пробный пост

Фабрика… Большинство скажет, что она была тут всегда. И всегда среди прохожих мелькали лица тех, кто на людей лишь похож - но отличается. Автоматорны. Хитроумные изобретения, обладающие собственной, нередко яркой личностью и характером. Не похожие друг на друга, дружелюбные к людям и смело идущие вперед. Помощники. Друзья. Знаменитости. Но… как получилось дать механизму душу, какая нужна хитрая программа, чтобы дать личность?..
Среди стекла и бетона люди почти забыли про чудеса. В погоне за прогрессом, за новшествами, деньгами и лучшей жизнью... Сказка затерялась между страниц старых книг, в разумную жизнь вдали верили единицы и еще меньше верили в чудо. Больше, еще больше, больше! Выше, дальше, меньше, тоньше... Была лишь одна мечта у редких изобретателей - создать разумного робота. Но что-то... Что мешало. Он оставался недостижимым идеалом...
Но пришли те, кто напомнил людям про чудо, про живые души и путешествия. Автоматроны - роботы, обладающие душой. Разные, но светлые, добрые. Обладающие своей личностью и разумом. СМИ плакали от счастья, когда первый автоматрон, похожий на ребенка, робко улыбался в камеры и прятался за своего человека. Но за первым - были и другие. Яркие и тихие, милые и строгие. Они влетели в жизнь людей, раскрасили ее яркими красками... Находили своего человека и помогали ему. Или - сразу многим, даря улыбки и счастье.
...фабрика. Была одна-единственная фабрика, которая производила их. Многие пытались повторить, но вместо полностью самостоятельной личности выходили роботы, зависимые от программы и ограничений. Секрет не могли разгадать. Даже приблизиться к нему. Ни к тому, что автоматроны называли фокусами - а выглядело это как чудо.... Ни к разуму в неживой оболочке. Тянулись злые руки разобрать хитроумный механизм, найти то, что отвечает за разум и личность - но в худшем случае в разобранном роботе находили цветок, сухой и мертвый. А когда пробовали собрать обратно - личность, почему-то, не просыпалась вновь...
Долгое время фабрика не открывала своих дверей... никому. Современные технологии позволили полностью автоматизировать все производство. Единственный человек, что туда заходил - был хозяин, который часто уезжал путешествовать... И несколько раз в год из дверей выходили новые автоматроны и вливались в жизнь города. Иногда они возвращались. За ремонтом или помощью, за покоем или убежищем. Но сегодня.... сегодня двери впустили кого-то нового. Журналистку, молодую, настойчивую. Сумевшую добиться невиданного. Ее пустят за стены - и всего лишь будет два условия. Она напишет обо всем, что ей покажут. И не соврет ни единым словом.
Фабрика располагалась далеко за городом, за высоким забором. А за ним - на расстоянии... Стекло и бетон.... неожиданно раскрашенные в яркие цвета. Разбрасывающие разноцветные блики. Заставляющие улыбаться. Высокая башня, чей пик рвался в небо. Вокруг разбит сад, цветы - будто не фабрика это, а, скажем, больница. Причем - детская - вдали от дороги, ведущей к фабрике, виделась детская площадка. И, кажется, на ней даже кто-то развлекался.
Отдаленность от города играла роль. Здесь не было людей, сюда не ездили особо. А кто приезжал - тех не пускали за стены. И даже журналистку, которой - вот уж удивительно! - разрешили написать статью... За ней приехала машина с молчаливым автоматорном. Она же довезла ее до самых дверей.
Огромные двустворчатые двери подходили скорее шикарному особняку. Со сказочными мотивами и искусными витражами (птицы, летящие к солнцу - красиво же...), они вписывались в странный образ фабрики-не фабрики. Они открылись автоматически, стоило лишь попробовать их коснуться. А за ними был светлый, большой холл. Море света, белизны и радужных бликов по белому мрамору. Вдали весело журчал небольшой фонтанчик, спрятавшись за одну из множества колон. Пару из них обвивал ползучий плющ, выбиваясь живой зеленью из белизны. Мрамор плит чуть блестит, но не скользит под ногами. Шаги звонко отдаются по залу.  Одну из колон обвивает лестница. Виднеется несколько дверей, сейчас - закрытых.
А посредине холла ее ждал юноша. Нет, нет, свет затмил глаза. Автоматрон. Светлые серо-голубые одежды, по которым играли разноцветные блики, тонкая трость в руках и эфемерно-призрачный цилиндр на белых с голубым отливом волосах. Серые глаза смотрели спокойно и нежно, но казалось - он недавно плакал. Он терялся на фоне, как может потеряться бледно-голубой лепесток на сияющем свету. Но вызывал доверие.
Медленно поклонился, снимая шляпу перед девушкой. Улыбка была у него приветливой, но грустной.
- Приветствую Вас на Фабрике Аниматронов.... Если Вы не возражаете, я буду вашим гидом сегодня, - голос у него был тихим и немного неуверенным, - Добро пожаловать... Мое имя Напстаблук.
Аниматрон выпрямился, смотря одновременно грустно и виновато. Улыбка выходила слабой-слабой...
- Прежде, чем мы начнем экскурсию... У меня есть... два вопроса. Первый из них... Скажите, как Вы думаете, что отличает аниматрона от робота?... - тихо звучал его голос - И то, и то - хитроумные программы и высокие технологии... Но в чем.... в чем отличие?...

Отредактировано Candytale!Sans (2018-02-10 13:37:52)